My Enchanted World

Art, Travels and more…

“Ведьма”, как много в этом звуке…

by Svetlana Husser - October 22nd, 2015.
Filed under: Ведьмы, История, Мифология, Мои статьи.
https://pp.vk.me/c616230/v616230884/d3e8/GOMyk4lWv2I.jpg

“Старуха”, художник: Lane Brown

Мне кажется, о том, что русское слово ведьма в своем исходном значении имеет смысл “знающая женщина”, не знает сейчас только ленивый. Этимологический разбор этого слова легко найти в любом соответствующем словаре. Например, заглянем в Этимологический словарь русского языка А. В. Семенова:

Древнерусское– ведъма (знающая).

Слово является исконным и употребляется в русском языке с незапамятных времен.

Оно является суффиксальным производным от основы общеславянского глагола «ведети» – ведь.

Первоначальное значение – «знающая» – со временем трансформировалось, после чего данное существительное приобрело негативную окраску и стало означать «колдунья», «злая, сварливая женщина, чаще всего старуха».

А как обстоит дело с другими языками? Как называют ведьм там и что конкретно обозначают эти названия? Об этом я и хотела бы поговорить в этой статье. Зачастую, понимание глубинного значения слова помогает нам глубже понять тот предмет или явление, которое этим словом обозначается. Итак, приступим…

Так как я уже долгое время живу в Германии, то и свое лингвистическое исследование я начну с разбора немецкого слова Hexe. Истоки этого понятия восходят к восточно-германскому слову hagzissa. Примерно в 10. или 11. столетии слово перекочевало в старо-немецкий язык, приняв форму hagazussa, а в старо-английском оно превратилось в haegtesse. Нетрудно заметить, что первый слог этого слова остался неизменным во всех трех языках. Корень hag означает “изгородь” (Hecke), а окончания -zissa или -zussa отсылают нас к глаголу “сидеть” (sitzen). Получается, что Hexe — это “сидящая на изгороди”.

На первый взгляд кажется довольно странным, что таким определением наградили занимающуюся колдовством женщину, однако, если всмотреться в символическое значение изгороди, идущее из древнейших времен, все становится на свои места. Много веков назад, когда германские племена стали вести оседлый образ жизни, изгородь, забор вокруг дома, участка или деревни, была единственным зыбким барьером, отделяющим структурированный, упорядоченный и понятный человеческий мир от таинственного, опасного и хаотичного мира дикой природы. В сознании людей, леса и пустоши были населены не только дикими животными, там же обитали боги, призраки и иные существа, которые если и не были полностью враждебны человеку, то и дружбой своей его особо не жаловали. Изгородь быстро стала восприниматься не только физическим ограничением фермерского участка, но и незримой границей, которую не могут переступить опасные лесные духи, грань между мирами, между тем и этим, между Жизнью и Смертью… Единственным существом, способным проникать за эту грань, была хекса. Если мы представим сидящего на заборе человека, то одна его нога будет свешиваться с одной стороны, а вторая находиться по иную сторону ограждения. Таким образом, он будет находиться как бы в двух мирах одновременно. В представлении германцев, ведьма не принадлежала полностью ни одному из миров, но именно поэтому она могла свободно передвигаться между ними, черпая знания и мудрость из своего контакта с потусторонним…

Тут нужно заметить, что не только германцы имели такие “странные ассоциации”. В скандинавских языках так же встречается  понятие túnrídr, “наездник/всадник заборов”. Так называли людей, способных покидать свое физическое тело и общаться с духами. Так что понятие того, что истиная магия творится в сумеречном мире между мирами, было довольно распространено среди северных европейских народов. Ведьмы воспринимались как шаманы, совершающие то, что на современный лад можно было бы назвать “астральными путешествиями”. С другой стороны, слово указывает на то, что они банально чувствовали себя одинаково комфортно и в лесу, и на хуторе, знали целебные свойства трав и могли этим знанием помочь (или навредить) страждущим соотечественникам.

Конечно же вся эта двойственность ведьм давала немалый повод для страхов и предрассудков, как и все таинственное и непредсказуемое. Не удивительно, что слово имеет и негативную окраску. Особенно ярко это просматривается в его старо-английском варианте. Есть мнения, что окончание слова haeg-tesse является одним из вариантов слова tesu, которое в свою очередь является производным от англосаксонского tesvian, имеющего значения “вред” или “порча”. Другие ученые возводят окончание -tesse к германскому (норвежскому) слову tysja — “эльф”, “добрый/злой дух”. Слово tysja может быть родственным литовскому dvasia, так же обозначающему “дух” или “душа”. От литовского слова можно провести параллель к слову dusius, которое очень похоже на своего германского “собрата” (tysja), однако, скорее всего относится к кельтским языкам и обозначает потусторонних существ. Позднее это слово перекочевало в вестфальский язык и там стало обозначать просто “дьявола”. Так слово Hexe приобрело более пугающее обозначение женщины (чаще всего старухи) или духа, активно вредящего людям и их имуществу. В английском языке словом hag до сих пор называют противную, злую старуху. Шекспир употреблял слова hagged в смысле “зачарованный” и haggard в смысле “мошенник, пройдоха, упрямая женщина”.

В своем “окончательном варианте” слово Hexe было впервые упомянуто Хуго Лангенштайнским (Hugo von Langenstein), жившем в XIII веке. В написанном им стихотворении, понятием hexse обозначалась женщина с магическими способностями. С 1360 это слово употребляется в хрониках, как ругательное обозначение проституток, а в судебных протоколах 1402 года речь уже идет о сожжении Hegsen…

В немецком языке существует так же множество синонимов, которые хотя и не переводятся дословно как “ведьма”, все же обозначают это понятие и если внимательнее рассмотреть эти слова, они добавят многогранности обсуждаемому нами образу. Так многие синонимы красочно иллюстрируют тот уровень страха или даже панического ужаса перед ведьмами. Их называли Unhold (этим словом так же обозначался дьявол, призраки, привидения и любые другие сверхъестественные и опасные существа), Trutte (некрасивая, скучная, злая старуха), Mare (вспомним одноименного ночного демона в скандинавской и славянской мифологии) или Alpe. От последнего слова в немецком языке до сих пор сохранилось понятие Alptraum, обозначающее ночной кошмар. Ту же параллель можно проследить между  Mare и английским nightmare. Эти примеры показывают, что ведьм ставили в один ряд со злыми духами и часто обвиняли в насылании плохих снов и прочих неприятных наваждений.

Ведьм так же называли и просто Zaubersche (колдунья/колдующая). Значение этого слова легко определить, зная современные немецкие глаголы zaubern (колдовать) или bezaubern (околдовывать). Здесь интересно отметить то, что слово “околдовывать” происходит от нижненемецкого betovern, от которого так же произошло современное слово betören, “обманывать, обвораживать, обольщать, прельщать”. Данное  понятие иллюстрирует восприятие магии людьми того времени, как неких неодолимых сил, которым бесполезно сопротивляться.

Еще одним “альтернативным” обозначением хекс является слово kunstwruwe, “владеющая искусством”. В современном языке Kunst можно перевести как “искусство”, и это понятие относится к живописи, музыке, литературе и прочим креативностям. Какое же  отношение “искусство” имеет к “колдовству”? Объяснение кроется в том, что это слово со временем изменило свое значение и первоначально Kunst обозначало скорее “знание” и “умение” в целом. Так что, как и в случае русского аналога, данное определение ведьм происходит от слова “ведать”, “владеть тайным знанием”.

Так же ведьмам приписывались способности творить магию посредством голоса, напевного чтения заклинаний, пения. Это видно из таких обозначений, как galsterer или galstersche. В средневековом немецком слово galsterîe имело значение “колдовство”, а точнее, колдовство, сотворенное с помощью песнопения или даже пронзительных криков. Словом galster называлась волшебная песня, а в  староверхненемецком существовал однокоренной глагол bigalan со значением “призывать, вызывать”. В современном языке осталось родственное этим понятиям слово gellen “звучать резко, пронзительно”. Между прочим,  от того же корня произошло и слово Nachtigal, “соловей”. Однако, я подозреваю, что в русском языке может скрываться похожая история, ведь Соловей-Разбойник славен отнюдь не своими сладкозвучными напевами… 🙂

Ну вот, хотелось уместить все в одну статью, а получилось, как всегда, длинно. Поэтому здесь я прервусь и о других языках поговорю в следующей части статьи. Надеюсь, это было интересно!

1 Response to “Ведьма”, как много в этом звуке…

  1. Очень интересно! Спасибо!

Leave a Reply