My Enchanted World

Art, Travels and more…

История любви Инанны и Думузи

by Svetlana Husser - December 30th, 2015.
Filed under: Богиня, Книги, Шумерская мифология.
http://3.bp.blogspot.com/-d88npMh9sPo/TXDRGLhUeNI/AAAAAAAAAnw/9sGn7Xh-1XU/s1600/sumerian-love.jpg

Инанна и Думузи, шумерский рельеф.

Наконец-то я закончила свой долгий труд по переводу одной из глав книги Веры Цингзем “Богини великих культур”! В этой главе собраны отрывки шумерских текстов, повествующих о любви прекрасной богини Инанны и бога-пастуха Думузи. Я нашла лишь крошечные кусочки этих легенд переведенными на русский язык, и решила восполнить данный пробел. Меня заинтересовало то, как свободно, и в то же время уважительно, древние тексты подходят к теме женской сексуальности. Эта тема не являлась строго табуированной, как в поздней христианской культуре. Однако, это и не бездумная разнузданность. Союз мужчины и женщины, бога и богини, рассматривается как священный акт, умножающий плодородие и процветание земли. При этом, женщина, богиня,  ставилась во главу угла, как подательница жизни. От нее и от ее счастья зависит благополучие царя и его народа… Интересно, что подобная идея о браке между королем и той землей, которой он правит, прослеживается и в более поздних ирландских преданиях и даже в циклах рассказов о короле Артуре и рыцарях круглого стола, являющихся, по мнению некоторых, более поздней “перепевкой” древней валлийской мифологии… Так как Земля ассоциировалась с женским началом, то и о женской сексуальности говорится прямо и без лишнего стыда.

В общем, древние к подобным темам относились спокойно и не стеснялись в выражениях. Поэтому должна предупредить, что тем, кого бросает в жар от одного слова “вульва”, читать дальше определенно не следует. Текст изобилует подобными словами и многочисленными сексуальными метафорами. Поберегите свои нервы. 🙂 Всех же остальных милости прошу ознакомиться с плодом моего многодневного труда.

P.S. Что интересно, в русском переводе я нашла только самые “безобидные” отрывки этого цикла легенд. Мне вот инересно, это цензура не дремлет или в нашей культуре любое упоминание плотской любви автоматически приравнивается к непристойности и поэтому тексты мирового культурного наследия, затрагивающие подобные темы, особо не афишируются?

***

Инанна возложила себе на чело шугурру, корону Степей.
Она обратилась в сторону стад, к пастуху, присматривающему за овцами.
Она склонилась у яблони.
Ее прекрасная вульва открылась взорам, когда она склонилась у яблони.
Молодая девушка, Инанна, возликовала, восхищаясь своей чудесной вульвой и упиваясь своей собственной красотой.

Это не единственный отрывок текста, в котором Инанна восхищается красотой собственной вульвы. Так, например, она воспевает свое собственное тело перед Думузи:

“Боже мой, как сладок напиток виночерпиецы!
Ее вульва сладка, как это вино, сладок ее напиток.
Ее вульва сладка, как ее губы, сладок ее вкус.
Сладко замешанное ей вино, ее напиток!”

Подруги Инанны поют:

“Высока твоя грудь,
Покрыта волосами твоя вульва!
Ликуй на бедрах твоего жениха!”

А сама богиня вторит им:

“Танцуйте, танцуйте,
Восхвалим же мою вульву!
Танцуйте, танцуйте,
О как же возрадуется Думузи!”

***

Не смотря на эти радостные слова, история любви Инанны и Думузи начинается с серьезного конфликта. Думузи — всего лишь пастух, заботящийся о своих овцах, Инанна же хочет взять себе в мужья крестьянина:

“Пастух?! Я не хочу выходить замуж за пастуха!
Просты его одежды, груба его шерсть.
Я хочу выйти замуж за крестьянина.
Крестьянин вырастит лен для моих одежд.
Крестьянин вырастит пшиницу для моего стола…
Мужчина, который придется мне по сердцу, работает мотыгой.
Тот кто обрабатывает землю, тот мил моему сердцу!
Он собирает большой урожай пшеницы.
Он вовремя приносит пшеничные зерна в мои закрома.”

Думузи защищается от нападок Инанны:

“Почему говоришь ты лишь о крестьянине?
Почему лишь о нем твои слова?
Он принесет к твоим ногам черную муку,
Я же принесу тебе черной шерсти.
Если даст он тебе белой муки,
Дам я тебе белой шерсти.
Он даст тебе пива,
Я же принесу тебе сладкого молока.
Он даст тебе хлеба,
Я же предложу тебе медового сыра.
Я дам крестьянину вдостоль сливок.
Я дам крестьянину вдостоль молока.
Почему говоришь ты лишь о крестьянине?
Чем он лучше меня?”

Выясняется, что у Думузи есть соперник по имени Энкимду. Они встречаются на берегу реки. Разгоряченный Думузи пытается затеять ссору, однако крестьянин Энкимду хочет уладить спор мирным путем. Энкимду даже предлагает своему сопернику воду и пастбища для его овец! В ответ на такую щедрость Думузи объявляет крестьянина своим другом и приглашает того на свадьбу. Энкимду, в свою очередь, обещает принести щедрые подарки невесте: пшеницу, бобы, чечевицу… Все, что пришлось бы по вкусу молодой Инанне.

Инанна же все еще не определилась со своим выбором. Она не уверена, что пастух — это тот человек, к которому стремится ее сердце. Поэтому сначала она довольна холодна к Думузи и указывает тому на его место:

И промолвила Инанна:

“Пастух, без моей матери, Нингаль, тебя бы давно уже прогнали.
Без моей бабушки, Нингикуги, тебя бы изгнали далеко в степь.
Без моего отца, Нанна, у тебя не было бы крышии над головой.
Без моего брата, Уту… ”

Думузи ответил:

“Инанна, прошу, не начинай ссоры.
Мой отец, Энки, не хуже твоего отца Нанна.
Моя мать, Сиртур, не уступает твоей матери Нингаль.
Моя сестра, Гештинанна, не хуже твоей.
Владычица дворца, позволь нам спокойно поговорить.

Инанна, не хотим ли мы просто присесть вдвоем и поговорить?
Я так же хорош, как и Уту.
Энки так же хорош, как и Нанна.
Сиртур так же хороша, как и Нингаль.
Владычица дворца, позволь нам спокойно поговорить.”

Слова, которыми они обменялись,
Были словами вожделения.
С первыми словами ссоры
Меж возлюбленными родилось вожделение.

***

Пастух пришел к царскому дому со сливками.
Думузи пришел к царскому дому с молоком.
Снаружи, перед дверью, прокричал он громогласно:
“Открой же двери, моя госпожа, открой двери!”

Инанна спешно побежала к Нингаль, матери, которая родила ее.
Нингаль дала своей дочери совет и промолвила:
“Дочь моя, этот юноша станет тебе отцом.
Дочь моя, этот юноша станет твоей матерью.
Он будет обращаться с тобой, подобно отцу.
Он будет заботиться о тебе, подобно матери.
Открой же ему двери, моя госпожа, открой двери!”

***

Инанна последовала совету своей матери.
Она омыла себя и помазала тело душистым маслом.
Она оделась царским белым одеянием.
Она приготовила приданое.
Она обвила шею дорогой нитью лазуритовых бус.
Она взяла в руки свою печать.

Инанна еще не отворила дверь, и Думузи напоминает ей о том, что он уже принес свои подарки:

“Сестра, звезда очей моих, мед матери, родившей тебя!
Сестра, твоему сердцу принес я сладкого меда,
Перед твоим возлюбленным сердцем слагаю я этот мед.
Пять и еще десять хлебов принес я тебе…!”

Слова Думузи наконец достигают слуха молодой богини и она приказывает своим служанкам:

“Как только брат мой войдет во дворец,
Музыканты должны начать свою игру.
Тогда возликует его сердце.
Тогда наполнится его сердце радостью.
Впустите его, пусть он войдет… !”

Великая царица ожидала с надеждой.
Думузи отворил дверь.
Подобно лунному свету, проник он в дом!
Он взглянул на нее, исполненный радости,
Он обнял и поцеловал ее.

Думузи хочет остаться с милой наедине, при ясном лунном свете, однако Инанна слишком уж скоро высвобождается из объятий своего возлюбленного, так как она не хочет обманывать свою мать:

“Ну давай же, дикий бык, отпусти меня, мне нужно домой.
Отпусти меня, Думузи, я должна вернуться домой!
Что скажу я моей матери Нингаль, чтобы обмануть ее?”

Думузи быстро находит нужный ответ:

“Скажи ей, подруга моя позвала меня на рыночную площадь.
Там занимала она меня музыкой и плясками.
Так сладко пела она для меня,
Что я позабыла все вокруг!
Расскажи это твоей матери,
А пока насладимся же нашей страстью в свете луны.
Я приготовлю тебе чистую, славную и роскошную постель,
И мы проведем с тобой время в радости и разнообразии.”

Похоже, что после этого Думузи дал ей нерушимые обеты, так как в конце песни мы видим безмерно и экстатично ликующую богиню:

“Я подошла к воротам нашей матери.
Я пришла сюда в радости.
К воротам Нингаль подошла я.
Моя радость переполняет меня через край!
Он скажет моей матери самые важные слова!
Он окропит пол кипарисовым маслом.
Он, чей дом так ароматен,
Чьи слова наполняют меня счастьем!
Мой господин достоин священного лона,
Думузи, зять Нанны-Син.
Он подходит священному лону по статусу своего рождения,
Думузи, зять Нанны-Син.”

***

Инанна промолвила:

“Певцам следовало бы воспеть в своих песнях
То, что я сейчас расскажу тебе.
Эти слова должны передаваться из уст в уста,
От старцев к потомкам:

Моя вульва — рог изобилия,
Небесная ладья,
Исполненная желания, подобно молодой луне.
Мое невспаханное поле еще не возделано.

Что касается меня, Инанны,
То кто вспашет мою вульву?
Кто вспашет мое созревшее поле?
Кто вспашет мою влажную землю?
Что касается меня, молодой девушки,
То кто вспашет мою вульву?
Кто запряжет там своих волов?
Кто вспашет мою вульву?”

Думузи отвечал ей:

“Великая госпожа, царь вспашет твою вульву!
Я, Думузи царь, хочу вспахать твою вульву.”

Инанна:

“Тогда давай, вспаши же мою вульву, муж моего сердца!
Вспаши мою вульву!”

Из чресел царя восстал стройный кедр.
Травы пышно разрослись высоко над головами возлюбленных.
Пшеница взошла высоко над головами возлюбленных.
Сады цвели буйно и неудержимо.

***

Инанна пела:

“Он пророс, у него набухли почки;
Он подобен свежему салату, взрощеному у воды.
Он тот, кто больше всех любит мое лоно!

Мой сад на равнине был ухожен и возделан.
Моя пшеница высоко колосилась в борозде.
Моя яблоня увешана спелыми плодами до самой макушки.
Он подобен свежему салату, взрощеному у воды.

Мой медовый муж, мой медовый муж делает сладким каждый час моей жизни!
Мой высокорожденный медо-сладкий божественный муж,
Он тот, кто больше всех любит мое лоно!
Подобна меду его рука, подобна меду его нога,
Он делает сладким каждый час моей жизни.

Яро и неутомимо он ласкает мой пупок,
Он ласкает мои мягкие бедра,
Он тот, кто больше всех любит мое лоно!
Он подобен свежему салату, взрощеному у воды. ”

***

Думузи пел:

“О госпожа, твои груди подобны полю.
Инанна, твоя грудь — это твое поле.
Твое широкое поле наливается травами.
Твое широкое поле наливается зерном.
Вода стекает от вершины к подножию, дабы питать твоих слуг.
Хлеба стекают от вершины к подножию, дабы питать твоих слуг.
Излей же на меня твою благодать, Инанна!
Я хочу испить все, что ты предложишь мне.”

***

Иннанна пела:

“Мой жених, сделай свое молоко густым и сладким.
Мой пастух, я хочу испить твоего свежего молока.
Дикий бык, Думузи, сделай свое молоко густым и сладким.
Я хочу испить твоего свежего молока.
Пусть козье молоко прольется в загоне для овец.
Наполни мой священный кувшин медосладким сыром.
Высокорожденный Думузи, я хочу испить твоего свжего молока.

Мой муж, для тебя хочу сохранить я мой овечий загон.
Я хочу охранять дом твоей жизни, твою сокровищницу,
Сияющее и трепещущее место, которое приводит в восторг весь Шумер…
Дом, который направляет судьбы всего государства;
Дом, который наполняет дыханием жизни целый народ!
Я, царица дворца, хочу охранить этот дом.”

***

Думузи промолвил:

“Сестра моя, я желаю пойти с тобой в мой сад.
Инанна, я желаю пойти с тобой в мой сад.
Я желаю пойти с тобою в мой фруктовый сад.
Я желаю пойти с тобою к моему яблоневому дереву.
Там хочу посадить я сладкое, окутанное медом, семя.”

Инанна промолвила:

“Он привел меня в свой сад.
Мой брат, Думузи, привел меня в свой сад.
Я бродила с ним меж тенистых деревьев.
Я стояла с ним у поваленных стволов.
Как и положено, я склонилась под яблоневым деревом,
Перед очами брата моего, который напевая подходил ко мне,
Который вырос навстречу мне из тополиной листвы,
Который пришел ко мне в жаркий полуденный час.
Перед моим благородным господином Думузи,
Высыпала я растения из моего подола.
Перед ним разложила я растения.
Перед ним рассыпала я растения.
Перед ним разложила я спелые колосья.
Перед ним рассыпала я зерно.
Я высыпала зерно из моего подола.”

Инанна пела:

“Прошлой ночью, когда я, царица, сияла особенно ярко,
Прошлой ночью, когда я, царица небес, сияла особенно ярко,
Когда я воссияла на небосводе и начала свой танец,
Я запела гимны наступающей ночи…
Он был со мною, мы встретились!
Мой благородный господин, Думузи, пришел ко мне.
Он взял мою руку в ладонь свою.
Он прижал свою шею к моей.

Мой верховный жрец готов к священным чреслам.
Мой благородный господин Думузи готов к священным чреслам.
Растения и травы на поле его наконец-то созрели.
О Думузи, твое изобилие восхищает меня!”

***

В Эанне был обычай воздвигать плодородную постель перед святилищем богини Инанны, а церемонимейстеры к тому же воздвигали и алтарь богу Думузи.

Перед ним поставили воду.
Перед ним разложили хлеба.
Во дворце должен был он освежиться и отдохнуть.
Она промолвила ему:

“Думузи, чей лик сияет и у меня во дворце, и на Земле,
Мать Инанна, мать Инанна, твое сокровище, твое сокровище!
Мать Инанна, мать Инанна, твои одежды, твои одежды!
Твои темные одежды, твои светлые одежды!
Мой господин, ты пришел к этому дому, подойди же к ней!
Подойди к ней с песней на устах, с проникающей в душу мелодией.”

И богиня благославляет Думузи:

“Дикий бык, око своей страны, я хочу подарить жизнь твоему народу!
Я хочу утолить все его нужды.
Я хочу сделать праведными сердца всех твоих людей.
Я хочу, чтобы твои потомки оглашали решение праведного суда во дворце.”

Он взял ее руку в свою ладонь.
Он положил другую ладонь на ее сердце.
О, как же сладко спать рука об руку!
Однако, много слаще спать сердцем к средцу.

***

Инанна промолвила:

“Я омыла свое тело для дикого быка,
Я омыла свое тело для пастуха Думузи,
Я умастила себя душистой мазью,
Я покрыла свои губы благоухающим янтарем,
Я подвела глаза черным угольком.

Он обхватил мои чресла своими прекрасными руками.
Пастух Думузи наполнил мое чрево сливками и молоком.
Он гладил волосы у меня на лобке,
Он увлажнил мое чрево,
Он возложил свои руки на мою священную вульву,
Он заполнил мою черную лодку сливками,
Он оживил мою узкую лодку своим молоком,
Он ласкал меня на мягкой постели.

Теперь же я хочу обласкать моего верховного жреца.
Я осыплю ласками своего верного пастуха Думузи!
Я буду ласкать его чресла, укрепляя пастырьство страны,
Я хочу приготовить ему славную судьбу.”

Владычица небес,
Властная женщина, превзошедшая свою мать,
Та, которой предложил свои ме сам Энки,
Инанна, перворожденная дочь Луны,
Определила судьбу Думузи:

“Я буду твоей предводительницей в битве,
В сражениях буду я твоей оруженосицей,
Я буду твоей заступницей на собрании,
Я буду твоим вдохновением в боевом походе.
О ты, избранный пастух божественного святилища,
Ты, царь, верный попечитель Урука,
Ты, свет великого святилища Ану,
Всеми высшими силами даются тебе священные права:
Гордо держать свою голову, стоя на возвышенной трибуне,
Сидеть на лазуритовом троне,
Возлагать себе на чело священную корону,
Носить длинные одежды,
Опоясываться царским одеянием,
Носить булаву и меч,
Достойно управляться с длинным луком и стрелами,
Повязывать пращу у себя на боку,
Ступать по улице со священным скипетром в руке твоей,
В священных сандалиях на ногах твоих,
Гордо выставив вперед священную грудь, подобно тельцу из ляпис-лазури.
Ты, бегун, избранный пастух,
Одаренный всевозможными талантами,
Пусть сердце твое радуется жизни многие и многие лета.

Пусть останется неизменным все то, что предначертал тебе Ану.
Пусть останутся неизменными все те дары, которые предназначил тебе Энлиль.
Ты — любимец Нингаль.
Инанна поддерживает тебя, возлюбленный.”

Ниншубур, верная служительница священного храма в Уруке,
Подвела Думузи к сладким бедрам Инанны и промолвила:

“Моя царица, вот избранник твоего сердца,
Царь, твой возлюбленный жених.
Да прибудет он многие дни в сладкой близости твоих священных бедер.
Подари ему благое и славное царствование.
Награди его царским троном, нерушимо стоящем на своем основании.
Награди его пастушьим жезлом правосудия.
Награди его долгосрочной короной, драгоценной сияющей диадемой.

От восхода до заката,
От севера до юга,
От верхнего и до нижнего моря,
От земель, где растет дерево хулуппу до покрытых кедрами земель,
Его пастуший посох должен оберегать весь Шумер и Аккадию.

Он должен давать полям плодородие будучи крестьянином,
А будучи пастухом должен он умножать овечьи стада.
Во время его царствования земля должна зеленеть и плодоносить.
Во время его царствования урожаи должны быть обильны.

В болотах будет стоять гомон птиц и плеск рыбьих плавников.
По берегам будут густо разрастаться камышовые заросли.
В степи высоко раскинутся деревья машгур.
В лесах умножатся олени и дикие козы.
Во фруктовых садах будет изобильно течь мед и вино.
На огородах пышно взойдет салат и кресс.
Будут благоденствовать жители дворца.
Тигр и Евфрат будут разливаться к положеному им времени,
Чтобы растения на их берегах росли высокими и заполняли луга,
Чтобы Зеленая Владычица заставляла пышно колоситься пшеницу, подобную волнам на море.
О моя владычица неба и земли,
Царица всей вселенной,
Да прибудет он многие дни в сладкой близости твоих священных бедер.”

С высоко поднятой головой подошел царь к священным бедрам.
С высоко поднятой головой подошел он к бедрам Инанны.
С высоко поднятой головой подошел он к царице.
Широко раскрыл он свои объятия перед священной верховной жрицей.
Инанна промолвила:

“Мой возлюбленный, радость моих очей, был со мной.
Мы услаждались друг-другом.
Он насладился мной.
Он привел меня в свой дом.
Он положил меня на ароматно-медовую постель,
Мой сладкий возлюбленный, который пришелся мне по сердцу.
Играя друг с другом языками,
Мой прекрасный Думузи сделал это пятьдесят раз.

Теперь же мой сладкий возлюбленный насытился.
Теперь говорит он:
“Освободи меня, о сестра моя, освободи меня.
Ты станешь милой дочерью моему отцу.
Пойдем со мной, возлюбленная сестра моя,
Я хочу пойти с тобой во дворец.
Освободи меня…””

***

Инанна промолвила:
“Мой цветоносный, твои прелести были сладки.
Мой цветоносный во фруктовом саду,
Мой плодоносный в яблоневом саду,
Думузи-абзу, твои прелести были сладки.

Мой бесстрашный герой,
Мое священное изваяние,
Мое изваяние, украшенное мечом и лазуритовой диадемой,
Как же сладки были твои прелести…”

1 Response to История любви Инанны и Думузи

  1. Ух ты! Отличный перевод! И действительно, очень интересно как на это смотрели тогда.

Leave a Reply